Григорий Распутин

Страница 4

Этот взгляд на роль Распутина может быть оспариваем и не без основания. По крайней мере, начиная с 1911 г.— года ожесточенной борьбы Распутина с епископом Гермогеном и Илиодором — можно легко убедиться, хотя бы из истории этой же борьбы, что Распутин, без всякого влияния с чьей бы то ни было стороны, сам, по собственной инициативе, умел отменно (по своей жестокости) отстоять шкурные интересы и провести на деле чисто личную директиву.

Так ему легко было сделать его личного врага Николая Николаевича в глазах царицы, а затем и царя врагом "помазанника божия", интриганом, узурпатором власти, чуть не крамольником. В этом мстительном намерении, так же, как и в проведении его в жизнь, Распутину никто не подсказывал ни образа мыслей, ни образа действий. Ничьей «игрушкой» он здесь не был, а тем более «слепым орудием».

Началось ли самодержавие Распутина с низвержения Николая «большого» (т.е. великого князя Николая Николаевича) или раньше, об этом можно конечно спорить; бесспорно только то, что в один, далеко не прекрасный для России день, это самодержавие «сибирского авантюриста» стало вполне реальным фактом, на веки опозорившим и без того несчастный дом Романовых.

Распутин видел ясно, что дом Романовых — несчастный дом, ибо он возглавлялся ограниченным, слабовольным монархом, находившимся под влиянием вздорно-истеричной недоброй, тщеславной и не русской царицы.

Проникнув в этот «дом», как в свой, извлекая из него огромные для себя выгоды и привилегии и чая еще большие, — Распутин связал себя с царской семьей узами более прочными, чем кровные, связал себя с судьбой этой семьи. В день, когда не станет Николая II и Александры Романовых,— не станет и его, Григория Распутина.

Сибирскому авантюристу нужно было захватить бразды правления в свои руки по той простой причине, что они находились в слишком ненадежных руках неудачливого монарха, который не знал ни своего народа, ни его ближайших правителей так, как их знал по-своему прозорливый Распутин, с трепетом внимавший нараставшим волнам великой революции.

Он дрожал за трон, в страхе народного гнева, — дрожал потому, что свил себе слишком теплое и прочное, казалось ему гнездо в самом укромном местечке этого трона. Отдалить революцию, грозившую прикончить его, не дать ей разыграться и пасть на его собственную голову—было в прямых интересах Распутина. Достигнуть этого он мнил, в своей «мужицкой» простоте, укреплением твердыни царского самодержавия. И если царь не знал, как лучше всего пользоваться своей прерогативой, — Распутину, в их общих интересах, оставалось одно: взглянуть на царскую прерогативу, как на собственную. — Отсюда в сущности и начинается самодержавие Распутина под маскою самодержавия Николая II.

При каждой смене министра внутренних дел или председателя совета, поднимался вопрос о материальном обеспечении Распутина, какое исключало бы возможность проведения им дел, во многих случаях, сомнительного характера. Министр А. Н. Хвостов и тот же Белецкий выдавали Распутину ежемесячные субсидии, имевшие целью подкуп «старца» в их целях. Целый ряд аферистов и просто ходатаев за себя и других делали изрядно-крупные подношения Распутину в виде подарков, пожертвований и т. п., предназначавшихся «старцем» отчасти на дела благотворительности (ради широкой популярности), отчасти же на перестройку дома в селе Покровском, улучшение своего хозяйства и прочие «собственные нужды».

Аграрная реформа и развитие сельского хозяйства
Как известно, к началу XX в. главными формами землевладения в Белоруссии являлись крепостнические - дворянские, надельное крестьянское и государственное. В 1905 г. дворяне в Белоруссии держали в своих руках 41 % всей земли. Они составляли абсолютное большинство среди 2896 латифундистов-собственников, которые владели 500- и более десяти ...

Версия об экспансионистских мотивах Сталина
Как полагает ряд исследователей, договор стал проявлением экспансионистских устремлений Сталина, который стремился столкнуть Германию с «западными демократиями» и занять позицию «третьего радующегося», а после их взаимного ослабления — советизировать Западную Европу.[11] С. З. Случ, полагающий, что Сталин видел в Германии, прежде всего, ...

Третий период развития политико–правовой мысли Древней Греции (IV – II вв. до н. э.)
Это период эллинизма, начало заката древнегреческой государственности. Греческие полисы попали под власть Македонии, а затем – Рима. Кризис греческой государственности вызвал пессимистические настроения, характерные для мышления Эпикура (341–270 гг. до н. э.). Он призывал к политической пассивности, утверждая, что наиболее разумным дл ...