Военная реформа.

Ядро армии составляло дворянское ополчение. Под Москвой была посажена на землю « избранная тысяча» - 1070 провинциальных дворян, которые должны были стать опорой царя. Впервые составили Уложение о службе (1557г.). Вотчинник и помещик мог начинать службу с 15 лет и передавать её по наследству. Со 150 десятин земли и боярин, и дворянин должны были выставлять одного воина и являться на смотры «конно, людно и оружно»[6].

Было создано постоянное стрелецкое войско (1550 г.). Сначала стрельцов было 3 тысячи человек. В армию стали привлекать иностранных наёмников, но их число было не значительным. Усиливалась артиллерия. К пограничной службе стало привлекаться казачество.

Служилые люди разделялись на «служилых людей по отечеству» (по происхождению) и на «служилых людей по прибору» (по набору). В последнюю группу входили стрельцы (бывшие пищальщики), пушкари (артиллеристы), городская стража, близки к ним были казаки. Тыловые работы (обоз, строительство фортификационных сооружений) выполняла «посоха» - ополчение из числа черносошных, монастырских крестьян и посадских людей.

На время военных походов ограничивалось местничество. В середине ХУ1 в. Был составлен официальный справочник – «Государев родословец», упорядочивший местнические споры.

Новый Верден
Из доклада советского офицера из этого района явствует: «Противник занял Кашару, Кутюрку, Погореловцы и Самодуровку и, готовясь к второй лобовой атаке, двинул 200 танков и моторизованную пехоту в направлении Теплого. 1-я и 2-я батареи погибли, но не отступили ни на шаг. Уничтожено сорок танков. В первом батальоне противотанковых ружей ...

Формирование исторической школы.
В период объединения Германских земель в единое государство, т.е. в середине XIX в., возникло еще одно альтернативное класси­ческой политической экономии направление экономической мыс­ли, получившее название «историческая школа Германии» или, что одно и то же, «немецкая историческая школа». Эта школа по сути олицетворяет не столько ист ...

Таллеман де Рео. Из «Занимательных историй»
Покойный Король был неглуп; но, как я уже однажды сказал, ум его имел склонность к злословию; говорил он с трудом, и поскольку в придачу он отличался робостью, то и держался, как правило, нерешительно. Он был хорошо сложен, довольно сносно танцевал в балетах, но почти всегда изображал смешных персонажей. Он прочно сидел в седле, мог при ...