Подготовка к процессу

Развязывание Германией агрессивной войны, применяемый как государственная идеология геноцид, разработанная и поставленная на поток технология массового уничтожения людей на «фабриках смерти», бесчеловечное отношение к военнопленным и их убийство, стали широко известными мировой общественности и требовали соответствующей юридической квалификации и осуждения.

Всё это определило беспрецедентный по масштабам и процедуре характер суда. Этим же могут быть объяснены специфические особенности, неизвестные ранее практике судопроизводства. Так, в параграфах 6 и 9 устава трибунала было установлено, что субъектами обвинения могут также стать определённые группы и организации. В статье 13 суд признавался полномочным самостоятельно определять ход процесса.

Одним из пунктов обвинения, предъявленного в Нюрнберге, было рассмотрение вопроса о военных преступлениях («Kriegsverbrecher»). Этот термин уже использовался на судебном процессе в Лейпциге против Вильгельма II и его военачальников, и потому имел место юридический прецедент (несмотря на то, что процесс в Лейпциге не был международным).

Существенным новшеством было положение, что как обвиняющая сторона, так и защита получили возможность ставить под сомнение компетентность суда, который признавался судом конечной инстанции.

Принципиальное, но не детализированное решение о безусловной вине немецкой стороны было согласовано между союзниками и обнародовано после совещания в Москве в октябре 1943 г. В связи с этим применительно к ней как субъекту судопроизводства казалась не нужным обращаться к принципу презумпции невиновности (лат. praesumptio innocentiae).

Тот факт, что процесс закончится признанием вины обвиняемых, не вызывал ни у кого сомнения, с этим было согласно не только мировое сообщество, но и большинство населения Германии ещё до судебного рассмотрения действий обвиняемой стороны. Вопрос состоял в конкретизации и квалификации степени вины обвиняемых. Вследствие этого процесс был назван процессом о главных военных преступниках (Hauptkriegsverbrecher), и суду был придан статус военного трибунала.

Первый список обвиняемых был согласован 8 августа 1945 в Лондоне. В него не вошли ни Гитлер, ни его ближайшие подчинённые Гиммлер и Геббельс по причине невозможности их личного присутствия на процессе, но для Бормана, который считался убитым на улицах Берлина, было сделано исключение и он обвинялся заочно (лат. in contumaciam).

Правила поведения советских представителей на процессе устанавливала «Комиссия по руководству работой советских представителей в Международном трибунале в Нюрнберге». Возглавлял ее замминистра иностранных дел СССР Андрей Вышинский. В Лондон, где победители готовили устав Нюрнбергского процесса, делегация из Москвы привезла утвержденный в ноябре 1945 г. перечень нежелательных вопросов. В нем было девять пунктов. Первым пунктом был секретный протокол к советско-германскому договору о ненападении и все, что с ним связано. Последний пункт касался Западной Украины и Западной Белоруссии и проблемы советско-польских отношений. В результате между представителями СССР и союзниками заранее была достигнута договорённость о вопросах, подлежащих обсуждению, и согласован список тем, которые не должны были быть затронуты во время судебного процесса[2][3].

Взгляды обвинения находились под сильным влиянием позиции властей США, которые считали в то время, что послевоенная Германия должна стать аграрной страной (Land der Felder und Wiesen), и её промышленный потенциал должен быть сведён к минимуму. В этом заключался «план Моргентау», составленный комиссией под председательством министра финансов США Генри Моргентау Младшего (Henry Morgenthau, Jr.) ещё в сентябре 1944, на котором одно время стояла подпись Рузвельта. Основы для проведения процесса в Нюрнберге были изложены в VI абзаце протокола, составленного в Потсдаме 2 августа 1945 г.[4]

Одним из инициаторов процесса и его ключевой фигурой был обвинитель от США Роберт Джексон. [5] Им был составлен сценарий процесса, на ход которого он оказывал значительное влияние. Он считал себя представителем нового правового мышления и всемерно стремился утвердить его.

Пушкин и Даль
А.С. Пушкин и В.И. Даль в виде святых Косьмы и Дамиана. Икона XIX в. Их знакомство должно было состояться через посредничество Жуковского в 1832-ом году, но Владимир Даль решил лично представиться Александру Пушкину и подарить один из немногих сохранившихся экземпляров «Сказок…», вышедших недавно. Даль так писал об этом: Я взял свою н ...

Расстрелы крестьян на Днестре
Напуганные антигуманными действиями государственного аппарата, многие жители левобережья Днестра в поисках выхода из создавшегося положения покидали родные места. Так, к примеру, в течение только трех месяцев 1932 года Днестр перешло 1300 семей (более 4500 человек). Многие из них были убиты во время переправы через реку. Особенно жесток ...

Структура классов
Традиционно общество разделялось на два социальных слоя, или класса: масеуалли (люди), или крестьянство, и пилли (знать). Изначально статус знати не передавался по наследству, хоть у сыновей пилли был лучший доступ к ресурсам и обучению, так что им было проще стать пилли. Со временем социальный статус стал наследоваться. Подобным образ ...