Введение

Страница 2

Интересно было также изучить новую работу С. Л. Тихвинского «Реформы и революции в Китае», опубликованную в журнале «Новая и новейшая история» за 1999 г.[5] Здесь, как и в остальных работах ученого, он исходит из позиции, что действия иностранных держав в Китае следует рассматривать как враждебные против суверенной страны. Но такой подход вызывает неприятие у некоторых современных исследователей. В частности, Р. Ратипов предлагает иную перспективу рассмотрения проблемы. Его подход основан на идее о том, что истоки дезорганизации в Китае как до их насильственного "открытия" во внешний мир так и после – лежали не во внешнем давлении или "безжалостной эксплуатации" со стороны индустриальных стран, но скорее в растущей внутренней нестабильности и их отсталости от внешнего мира, который фундаментально менялся в 19 столетии в направлении уничтожения замкнутости и создания всемирного рынка. Действия Запада лишь ускорили коллапс дряхлеющих средневековых систем; проникновение (это точнее, чем только «вторжение») европейских стран давало шанс на мирную эволюцию и интеграцию в новую международную систему.[6]

Нам показалось интересным привлечь новые исследования по этой проблеме, в частности, статью Я. М. Бергера «Модернизация и традиция в современном Китае».[7] Хотя он рассматривает проблему модернизации в современном Китае, он делает это через призму истории через призму истории, и в начале статьи достаточно глубоко анализирует высказывания китайских авторов XIX столетия о сущности реформ и их необходимости или, наоборот, ненужности в китайском обществе.

Раздел «Западная синология о модернизации и специфике Китая» представляет собой историографический обзор по вопросу модернизации Китая, и Я. М. Бергер отмечает, что долгое время основные школы западной синологии, исследовавшие процесс модернизации Китая, были убеждены в том, что главным или даже единственным двигателем этого преобразования служит Запад, его культура, институты, технологии. В этом сходились по крайней мере три основных направления в изучении новой и новейшей истории Китая: школа Фэйрбэнка, «школа империализма» и школа Левенсона.[8] Так ли это было на самом деле? Или все-таки реформаторские тенденции выросли на почве китайской традиции? Это один из тех вопросов, раскрыть который предпринята попытка в данной работе.

Чечня в период гражданской войны 1910-1920 г.
После победы Февральской революции в Грозном был создан орган Временного правительства — Гражданский комитет, а на следующий день в городе был образован Грозненский совет рабочих, солдатских и казачьих депутатов[1]. 11 августа 1918 год войска терских белоказаков численностью до 12 тыс. человек под командованием меньшевика Г.Бичерахова ...

Социально-экономическое развитие Кореи после объединения страны под властью государства Силла
Правление чужеземных властителей вызвало очень скоро повсеместные народные восстания. Танским завоевателям не удалось закрепить свое господство на всех бывших землях Пэкче и Когурё, так как развернувшаяся здесь народная борьба получила поддержку правителей государства Силла, которые вовсе не хотели допустить господства китайских феодало ...

Путь к эшафоту (1791-1793)
К 1791 в королевской семье созревает план — бежать из Парижа. Присутствие короля в столице придавало революционным преобразованиям законный характер и деморализовывало реакционные силы. В июне 1791 Людовик с семьей пытался бежать из Франции и присоединиться к контрреволюционерам-эмигрантам, но недалеко от границы, в Варенне, беглецы был ...