СССР, США и Бомба

Страница 3

В любом случае, однако, в Москве были далеки от понимания того, что ядерное оружие создает новую ситуацию для великих держав - а именно ситуацию их взаимозависимости. То же можно сказать и об официальном Вашингтоне: во всяком случае, ни один из американских планов ведения атомной войны против СССР, разработанных высшим американским военным и политическим руководством во второй половине 40-х годов (в том числе и получивший скандальную известность «Дропшот»), не несли следов такого понимания.

Известно, что во второй половине 40-х годов СССР и США принимали участие в работе Комиссии ООН по атомной энергии и даже выдвигали предложения, направленные на полную ликвидацию атомного оружия. При этом, разумеется, произносилось немало фраз о необходимости «избавить людей от страха» перед оружием, «от которого нет надежной защиты», о том, что «великие научные открытия в области атомной энергии заключают в себе большую опасность, прежде всего для мирных городов и гражданского населения».

Однако позиции, занятые Москвой и Вашингтоном в ходе дискуссий в рамках Комиссии по атомной энергии, позволяют сделать вывод о том, что задача контроля над атомным оружием не рассматривалась ни советским, ни американским руководством в качестве первоочередной задачи, стоящей перед советской и американской дипломатией. Скорее, обе стороны были озабочены извлечением максимальных пропагандистских дивидендов, не желая при этом идти на существенные уступки партнерам по переговорам.

Американская сторона не желала делать никаких подвижек по вопросу о предложенном ей механизме контроля над ядерной энергией, хотя многие аспекты позиции Соединенных Штатов по данному вопросу, в частности, предусмотренные «планом Баруха» чрезвычайные полномочия международного органа по развитию атомной энергии (который, как полагали американцы, должен быть независим от Совета Безопасности ООН в вопросе применения санкций за нарушения режима контроля над атомной энергией), а также нежелание американской стороны обсуждать озабоченность Москвы по поводу имеющегося у США и постоянно растущего атомного арсенала» - делали американский подход неприемлемым для СССР.

С другой стороны, Москва, настаивая на ликвидации атомного оружия в качестве первого шага, и откладывая создание механизма контроля над атомной энергией «на потом», также не занимала достаточно гибкой и конструктивной позиции.

Но дело даже столько в официальной позиции сторон, сколько в ее мотивации. Характерным в этом смысле является записка академика Д.В. Скобельцина, консультанта советской делегации в Комиссии по контролю над атомной энергией, направленная в адрес Молотова, Берии, Вышинского и Деканозова.

По словам автора записки, «в Комиссии по Контролю на Атомной Энергией Организации Объединенных Наций мы в настоящее время занимаем позицию «пассивной обороны», тогда как имеется возможность вести активное наступление». И какова же должна быть цель такого «наступления»? Достижение соглашения с американцами о контроле над ядерной энергией? Ничуть не бывало.

«Если предложить такую систему контроля, которая не предусматривала бы запрещение или подконтрольность исследовательской (курсив авт. - Б.В.) деятельности в области производства атомной энергии, то, вероятно, было бы возможно ликвидировать наше отставание прежде, чем система контроля была бы приведена в действие в отношении нас. Если бы было заключено соглашение о таком контроле над заводами, которые у нас появятся лишь в будущем, но которые уже существуют в Америке, то в течение длительного времени такая система контроля была бы в сущности односторонней, направленной против Америки. В таком случае, она, вероятно, и не была бы принята США. Однако, наша позиция в области международной «атомной политики» стала бы более сильной», - говорилось в записке.

Итак, выдвигая это предложение (которое, кстати, впоследствии легло в основу официальной позиции Москвы по вопросу о контроле над атомной энергией), Скобельцин менее всего думал об успехе переговоров: скорее, он преследовал цель создания политико-пропагандистского прикрытия для развертывания советской атомной программы.

С другой стороны, в Вашингтоне также не стремились проявить гибкость в ходе переговоров. Так, уже через несколько месяцев после начала работы Комииссии ООН по контролю над атомной энергией член американской делегации Ф. Линдсей сделал вывод, что единственной целью Москвы в ходе переговоров является оказание психологического давления на Соединенные Штаты с целью прекращения ими производства атомных бомб, и вообще «никакого взаимопонимания, основанного на взаимном доверии, невозможно между двумя системами правления».

Образ-ие Древнерус. гос-ва. Русь в 9-11 вв.
Теории происх-ия русс. Гос-ва. 1. Норманнская теория. В ее основе рассказ ПВЛ о том, как в 862г. сев. О бъединения слав. И фин. Племен: словене, кривичи, чудь, веря призвало на княжение Рюрика из варяжского племени Русь. В 879г. Рюрик, княживший в Новгороде умер, оставив малолетнего сына Игоря. Приемник Рюрика - Олег в 882г. занял Кие ...

Коронация Александра III
Александр Александрович, второй сын императора Александра II и его супруги императрицы Марии Александровны, вступил на престол 1 марта 1881 года. Александр III короновался 15 марта 1881 года в Успенском соборе Московского Кремля. ...

Из статьи Г.В. Марченко: «Антисоветское движение в Чечне в 1920 – 1930-е годы».
…Противостояние советской власти и части горского населения Северного Кавказа началось сразу после того, как Добровольческая армия отступила с Северного Кавказа. Мобилизации и реквизиции продовольствия, проводившиеся белогвардейцами, сменились продразвёрсткой и борьбой с религией, навязываемыми Советами. Ответом на это стали многочислен ...