Терроризм и его истоки в Российской империи
Изучая проблему терроризма и, в частности, его проявления в русском освободительном движении, необходимо разобраться в самом термине: а что же такое «терроризм»? Существует целый ряд трудностей, связанных с разработкой данного термина. Главным объективным препятствием, по мнению многих ученых, является многозначность явлений, которые охватывает терроризм: здесь и идеология, и человеческая деятельность, и метод запугивания, и тяжкие преступления, и целый ряд других действий[1].
Московский ученый В.И. Чекалкин среди основных причин, не позволивших успешно решить эту проблему, называет сложность феномена терроризма, его быстрое эволюционирование как во времени, так и в пространстве, изменение политических и идеологических ориентиров, тактики и стратегии деятельности террористов[2].
Наиболее вероятным представляется то, что выделить универсальную теорию в определении данного феномена невозможно, так как существует чересчур много его причин и проявлений[3].
Терроризм в разных странах проявляет себя по-разному в зависимости от конкретных исторических, политических, социальных и культурных условий.
Тем не менее политологами западноевропейских стран и США было предложено более ста определений терроризма, а всего уже имеется около двухсот. Но ни одно из них не может быть признано безупречным. Каждое акцентирует внимание на той или иной стороне этого явления, раскрывает какую-то особенность, черту, частичку сущности: «Терроризм есть мотивированное насилие с политическими целями» (Б. Крозье, Великобритания). «Терроризм – это систематическое запугивание правительств, кругов населения и целых народов путем единичного или многократного применения насилия для достижения политических, идеологических или социально-революционных целей и устремлений» (Г. Деникер, Швейцария). «Терроризм – это угроза использования или использование насилия для достижения политической цели посредством страха, принуждения или запугивания» (Сборник под ред. И. Александера. Терроризм: теория и практика., США). Как видим, ни одно из вышеприведенных определений западных историков не охватывает всех аспектов и проявлений терроризма.
В российской историографии также предпринимаются попытки найти универсальное определение. К примеру, в монографии «Левый терроризм на Западе: история и современность» авторы дают следующее определение: «Терроризм – это политическая тактика, связанная с использованием и выдвижением на первый план тех форм вооруженной борьбы, которые ранее сводились к убийствам «отдельных высокопоставленных лиц», в современных условиях могут носить форму угона самолетов, захвата заложников, поджогов предприятий и офисов и т.д., но объединяет их с терроризмом прежних времен то, что главной угрозой со стороны террористов остается угроза жизни и безопасности людей. Террористические акты направлены на нагнетание страха в обществе и, разумеется, они должны быть политически мотивированы»[4].
Однако подобная формулировка подходит прежде всего к терроризму 70–80-х гг. XX в. на Западе, и совершенно не отвечает реалиям России XIX в. Достаточно приложить ее к «дезорганизаторской» деятельности землевольцев 1870-х гг., рассматривавших террор прежде всего как орудие самозащиты и мести, и становится очевидным, что современная политологическая терминология «не срабатывает» применительно ко многим историческим ситуациям[5].
Политическая карта Азии на рубеже нового времени
Крупнейшим государством Восточной Азии являлся Китай, которым с середины XIV до середины XVII в. правила династия Мин. На протяжении многовековой истории размеры территории, населенной китайцами (ханьцами), неоднократно менялись, но их этнографические границы не выходили за пределы провинций собственно Китая, и в частности за Великую ки ...
Политическая жизнь страны
Уничтожение тоталитарного режима в Турции в результате переворота 21 мая 1960 г. и восстановление некоторых демократических институтов способствовали вовлечению в активную политическую жизнь различных слоев общества.
В конце 1961 г. 150 прогрессивно настроенных интеллигентов опубликовали так называемый «Манифест 150-ти», в котором была ...
Новая политика императора
Новый правительственный курс видимым образом отличался от реформаторской деятельности Александра II и его ближайшего окружения — либерально настроенных министров. На смену последним пришли Д. А. Толстой, К. П. Победоносцев, С. Г. Строганов, В. П. Мещерский, ставший ближайшим советником Александра III. Это были люди с иным складом ума ...



Разделы