Сталинградская битва: новые подходы
В числе других дискуссионных вопросов истории Сталинградской битвы особое место занимает оценка приказа Народного комиссара обороны № 227 от 28 июля 1942 года об итогах первого года войны и мерах по наведению порядка и дисциплины в войсках, известного как «Ни шагу назад!» Приказ требовал укрепления дисциплины самыми жестокими мерами. Предусматривалось создание штрафных подразделений, а также заградительных отрядов, которые должны были располагаться в тылу дивизий с задачей в случае паники и беспорядочного отхода частей расстреливать на месте паникеров и трусов.[9] (Следует отметить, что формирование заградительных отрядов в Красной Армии практиковалось с сентября 1941 г.) В российской историографии соответствующие оценки Приказа № 227 получили распространение лишь недавно. В предисловии к изданному в серии «Русский Архив: Великая Отечественная» сборнику приказов Наркома обороны за 1941—1942 годы, например, предусматривавшиеся приказом № 227 мероприятия по укреплению дисциплины характеризуются как «аморальные», «циничные», «фашистские», «нечеловеческие методы принуждения русских воинов к ведению боевых действий», которым нет примеров в истории России.
Недавно рассекреченные документы ФСБ России позволяют ближе подойти к ответу на вопрос, каким образом был воспринят приказ № 227 на фронте, непосредственно в частях на передовой. Согласно докладной записке особого отдела Сталинградского фронта от 14 августа 1942 года, подавляющее большинство бойцов и командиров приняли приказ с «большим воодушевлением… Приказ поднял боевой дух личного состава частей, укрепил веру в победу…». Были отмечены высказывания ряда военнослужащих, в которых выражалось сожаление, что подобный приказ не появился раньше. Особыми отделами фиксировались также и негативные, пораженческие реакции на появление приказа, вроде: «поздно проснулись», «как отступали, так и будем отступать» и т.п. Однако не они определяли общее настроение, морально-психологическое состояние советских войск в период Сталинградской битвы. Историки и публицисты, сетующие на «антигуманный» характер Приказа № 227, избегают сопоставления действий советского командования с мерами, предпринимавшимися в армиях других воюющих стран. Соблюдение принципа историзма, помещение сталинского приказа в широкий исторический контекст немедленно выявляет беспочвенность его рассмотрения как проявления беспрецедентной жестокости, свойственной «коммунистической системе» и ее представителям, не признававшим ценности человеческой жизни и готовым поэтому громоздить по любому поводу гекатомбы трупов.
Неизбежность перестройки
За 70 лет в СССР была создана мощная гигантская милитаризованная экономика, которая оказалась столь же хрупкой, сколь и могучей. Проигрыш потенциальному противнику в каком-либо решающем звене вел к тому, что дальнейшее накопление вооружений, людские и экономические жертвы, принесенные народом во имя этой цели, становились бессмысленными ...
Трансформация придворного быта
Со свойственной ему энергией Пётр I насаждал во всех сферах жизни общества, в том числе и в быту, западную светскую культуру. Перемены в бытовом укладе, нравах русского общества были очень значительными. Но все новшества касались в основном дворянства и самых богатых купцов. Крестьянство, мелкий городской люд, духовенство они почти не з ...
Процесс формирования Временного правительства
Петроградский гарнизон, перейдя на сторону восставших рабочих, сверг царское правительство. 28 февраля в Петрограде начался процесс формирования Совета рабочих и солдатских депутатов. В совет вошли представители различных политических партий. Указом царя Дума была распущена, но в условиях начавшейся революции она не разошлась. Во время ...



Разделы