Внешнеполитические предпосылки

Соседство одних народов с другими имеет в истории огромное значение: взаимное расположение или нерасположение друг к другу, общность интересов или их противоречие, религиозное единство или, напротив, антагонизм религий - это во многом и есть тот скрытый механизм, который заставляет колесо истории вертеться так, а не иначе.Кроме западных и южных славян, на землях которых в VI-VIII вв. также шел процесс образования государственности, соседями восточных славян были предки современных балтийских народов: ливы, латгалы, пруссы, ятвяги, и др., заселившие эти земли еще в те древние времена, когда с них сходил ледник. На северо-востоке жили финские племена: эсты, сумь, карелы, чудь заволочская и др. Это были мирные народы, и со славянами у них складывались вполне добрососедские отношения, чего нельзя сказать о морских разбойниках - варягах, сделавших разбой средства существования своего народа. Взаимоотношения наших предков с варягами - очень важный и крайне спорный вопрос в исторической науке, но то, что эти взаимоотношениях сыграли в истории государства огромнейшую роль - бесспорно.В V-VII вв. в Европе шел процесс расселения германских племен и образования «варварских» королевств (Франкского, Вестготского и других), который сопровождался грабительскими походами на соседние территории. Так сведения о славянах появляются в готских письменных источниках. Вождь готов Германарих, прославленный в песнях и сказаниях, объединил не только готские племена, но и подчинил соседние финские и славянские.Существенное влияние на развитие славян оказывал также и Хазарский каганат - сильное, могучее, богатое государство, располагавшееся в низовьях Волги и по берегам Каспия. Нашествия хазар - существенная опасность несколько столетий угрожавшая славянам.Соседство с Великой степью, вообще часто угрожало самому существованию славян, так разорительны и беспощадны были бесчисленные набеги кочевников: киммерийцев (VII в. до н.э.); скифов (VI-IV вв. до н.э.); гуннов (IV в. н.э.); аваров (VI в. н.э.); хазар (сер. VII в. н.э.)Однако это же соседство с кочевниками заставляло славян объединяться для совместной обороны, строить укрепления, развивать ремесла, особенно кузнечное, чтобы делать оружиеИ, наконец, огромное влияние на судьбы не только славян, но и многих других народов тогдашней Европы оказывало самое развитое и сильное государство эпохи раннего Средневековья - великая Византия. Возникшая в IV в. н.э. на территории Восточной Римской империи, она унаследовала многие достижения античной культуры и, безусловно, стояла на более высокой ступени исторического развития, во многом определяя ход истории.Изучение проблемы образования государства у восточных славян в течение длительного времени было неотделимо от рассказа "Повести временных лет", обычно именуемого "легендой» о призвании варяжских князей" (или "норманнской" легендой). В ней говорится о событиях начала 60-х гг. IX в., когда среди ряда северных славянских племен возникли острые разногласия ("встал род на род"). Разрешить этот конфликт оказалось возможно лишь с помощью обращения к одному из варяжских князей (конунгов) Рюрику, представителю племени, известного летописцу как "русь", который согласился "княжить и володеть" в Новгороде. Вслед за этим два его боярина Аскольд и Дир обосновались в Киеве, что означало овладение варягами основными восточнославянскими центрами. По сообщению летописи это произошло в 862 г. Через двадцать лет новгородские и киевские земли были объединены князем Олегом.Именно этот рассказ, обнаруженный немецкими учеными, работавшими в России в первой половине XVIII в. (Г.-Ф. Миллер, Г.-З. Байер, А.-Л. Шлецер) лег в основу теории, получившей название норманизма, и стал отправной точкой длительного и ожесточенного спора, отзвуки которого слышны и до сего дня. Ученые (и не только разделились на два лагеря - норманистов и антинорманистов по вопросу об образовании Древнерусского государства. Одни из них с большой долей доверия относились к сообщению летописца (Н.М. Карамзин, С.М. Соловьев и др.), другие же - резко опровергали ряд фактов, приводимых "Повестью временных лет", таких, например как этническая принадлежность Рюрика (его называли и славянином, и финном, и готом и т.д.) или происхождение названия "Русь" от наименования скандинавского племени "русь" (среди наиболее известных антинорманистов - М.В. Ломоносов). Впрочем, сегодня эти споры заметно утратили свою актуальность (хотя следы их еще время от времени встречаются, как правило, в околонаучной литературе). Сегодня все больше центр дискуссии смещается с проблем второстепенных, каковыми несомненно являются вопросы родословной Рюрика или племенного названия, к вопросам более существенным - к действительным причинам возникновения ранних государственных образований.И здесь, прежде всего, встает вопрос о реальных взаимоотношениях славян с их соседями.Эти отношения были весьма напряженными. Славяне подвергались натиску с двух сторон: с севера на них оказывали давление скандинавские племена, с юга же им приходилось противостоять нападениям степных кочевников. Но если последние были для славян не просто враждебны, а еще и чужды по образу жизни, то с варягами у них обнаруживались и общие интересы: их связывало единое стремление к совершению грабительских походов на богатые владения Византии. Тем самым, создавались условия для заключения между ними своеобразного соглашения, которое бы установило определенный баланс сил в этой части Европы: славяно-варяжское объединение с целью совместного натиска на Византию и противостояния кочевникам. Конечно, "соглашение" это было весьма условным, оно, во многом было "заключено" под давлением, но все же обоюдная заинтересованность славян и варягов друг в друге была несомненной. К тому же, как видно даже из летописного рассказа, славянское общество все больше погружалось в пучину конфликтов, урегулировать которые самостоятельно становилось все более сложно. Возникла потребность во внешнем арбитре, не могущем быть заподозренным в симпатиях к той или иной конфликтующей стороне.Таким образом, Древнерусское государство возникло как результат разрастания противоречий внутри славянского общества, не могущих быть разрешиться изнутри самого этого общества и вынужденного поэтому, в целях самосохранения, прибегнуть к помощи внешней силы, с которой оно, к тому же, имело совместные интересы.Естественно, не варяги создали Древнерусское государство; мы имеем дело с процессом двусторонним (а еще точнее - с многосторонним), в котором внешние и внутренние факторы равнозначны и неотделимы друг от друга. Дело здесь отнюдь не в более высоком уровне культуры того или иного народа (они приблизительно равны, хотя не могут не различаться, но не по линии "выше"-"ниже"), дело в соединении разнородных элементов, синтез которых порождает совершенно новый сплав.Первые правители Древнерусского государства - Рюрик, Олег, Игорь, Святослав, Владимир I - варяжские по этнической принадлежности князья, активно опирающиеся в своих действиях на варяжские дружины и нередко рассматривающие Русь как временное местопребывания (как, например, Святослав, мечтавший перенести столицу из Киева на Дунай). Однако постепенно, по мере проникновения в дружинную среду славянской племенной верхушки, а также в результате отпора, полученного со стороны Византийской империи, завоевательные устремления стали ослабевать, превращая Русь в самодостаточное, самоценное образование и для самих ее правителей.Это создало условия и для постепенного становления Руси как государственного образования со свойственными всякому государству функциями.Первоначально эти функции были крайне примитивны и являлись продолжением тех целей, которые, собственно говоря, и создали Древнерусское государство - они были направлены по преимуществу за пределы Руси.Основные устремления древнерусских князей - это грабительские походы на земли соседних народов - Византию (Аскольд и Дир в 866 г., Олег в 907 г., Игорь в 941, 944 гг., Святослав в 970-971 гг., Владимир в 989 г., Ярослав в 1043 г.). Болгарию (Святослав в 968 г., Владимир в 985 г.) и др. Речь, однако, шла не только о военной добыче или последующей дани, эти походы являлись одновременно и своеобразным средством выработки стабильной системы торговых отношений (Договоры с Византийской империей 912, 945, 1046 гг.), создания, говоря сегодняшним языком, "режима наибольшего благоприятствования" русско-византийской торговле.Другой задачей, также вытекавшей из тех оснований, на которых государство возникло, являлась оборона славянских земель от натиска последовательно сменявших друг друга степных кочевников - хазар, печенегов, половцев. Нередко эта борьба со "степью" по форме мало чем отличалась от завоевательных походов и приносила несомненные успехи, как, например, Святославу, сумевшему в 965 г. полностью разгромить Хазарский каганат, или Ярославу, прекратившему набеги на Русь печенегов (1036 г.). Однако давление степи было постоянным и непрерывным на протяжении, по крайней мере, IX-XII вв., а, следовательно, неизменной оставалась и задача обороны древнерусских границ.Впрочем, границ у этого государства поначалу тоже не было, поскольку не существовало точно очерченной территории, подвластной русским князьям. Им еще только предстояло решить эту задачу формирования государственной территории. Поэтому "внутренняя" политика Древнерусского государства на первых порах мало чем отличалась от тех действий, которые русские князья производили за его пределами. Иначе говоря, наряду с внешними завоеваниями, русские князья активно занимались присоединением, причем, отнюдь не всегда добровольным, тех или иных славянских (и не только славянских) племен. Летопись пестрит сообщениями о походах того или иного князя в соседние славянские земли (Олег присоединил земли древлян в 883 г., северян в 884 г., радимичей в 886 г.; Святослав - вятичей в 966 г.; Владимир - радимичей в 984 г.). Причем, даже присоединение не всегда гарантировало полное их подчинение, о чем свидетельствовало, в частности, восстание древлян против князя Игоря в 945 г. Впрочем, эта борьба (ее можно было бы определить в сегодняшней терминологии как "национально-освободительную") имела и иной смысл: она ограничивала аппетиты завоевателя, создавая основы для формирования более прочной системы отношений в рамках складывающегося государства. То же восстание древлян привело к созданию точных размеров дани с них (а позднее и других славянских племен), что способствовало перерастанию дани как формы военной контрибуции в дань как форму натурального налога, превращая полюдье (сбор дани) из едва ли не военной операции в тривиальную налоговую кампанию. Вырабатывается и другая важнейшая функция государства - посредническая, арбитражная. Князь становится не только олицетворением силы, которому следует подчиняться из страха, князь - это воплощение справедливости, он есть та внешняя "незаинтересованная" сила, которой можно и должно доверить разрешение внутренних споров, суд. В то же время, князь не является источником права, он лишь его носитель, выразитель тех правовых норм, которые были созданы традиционным укладом в славянской и варяжской среде. Это вполне отчетливо проявляется в дошедшем до нас памятнике древнерусского права - "Русской правде". Таким образом, складывается ситуация, в которой князь, как бы принуждая население к заключению с ним договора, сам, в то же время, обязан неукоснительно соблюдать его условия.Примитивность функций государства порождает и элементарность его структуры. Во главе государства стоит князь, его советниками выступают бояре ("старшая дружина"), основную же исполнительную (по преимуществу - военную) несут рядовые дружинники. Отношения между ними весьма демократичны и ничем не напоминают отношений монарха со своими подданными. Дружина может воздействовать на принятие князем решения, бояре могут иметь собственные дружины и, порой, весьма независимы от князя. Жесткое подчинение ограничивается лишь периодом военного времени, впрочем, достаточно длительного.Таким образом, функции и структура Древнерусского государства с очевидностью свидетельствуют о несомненном военном характере этого государства, приспособленном исключительно к решению военных задач. Соответственно, в случае перехода к решению невоенных задач, такое государство оказывалось бы неустойчивым, что означает, что оно несло уже в себе самом элементы временности, возможность распада.Фактически, Древнерусское государство еще не вполне государство, это, скорее, "полугосударство", некое образование с зачатками государственности, зародыш будущего государства.Давление южных племён способствовало объединению Руси и образованию государства. Варяги сыграли немаловажную роль в укреплении государственности и созданию военных альянсов. Альянс с варягами и противостояние со степными кочевниками привело к усилению княжеской власти и усиление государственности.

Двор
Отмечалось особое устройство двора у славян. Кладовые строились либо в виде плетённого из прутьев шалаша, подобно тем, какие ещё и теперь встречаются в Русской части Галиции, либо виде глиняных мазанок, встречались также деревянные из крепко сбитых брёвен. В таких кладовых всегда имелись двери, запиравшиеся даже на ключ. Эта кладовая на ...

Развлечения и игры
Несмотря на то, что можно было пить «пульке», (сброженный напиток с невысоким содержанием алкоголя), ацтекам запрещалось напиваться до достижения шестидесятилетнего возраста; нарушение этого запрета каралось смертью. Как и в современной Мексике, ацтеки были страстными игроками в мяч, но в их случае это был «тлачтли», ацтекский вариант ...

Рыцарское воспитание
Воспитание лица, предназначенного в рыцарское звание, начиналось с детства; игры и занятия ребенка должны были развивать в нем воинственный дух. Вооруженный колом, имитирующим копье, и воображая каждое дерево врагом, он сражался с частоколом родового поместья, и испытывал таким образом рождавшуюся силу для будущих воинских успехов. Зима ...